Андрей Пургин, первый вице-премьер правительства Донецкой народной республики, сопредседатель Совета ДНР, основатель движения «Донецкая республика» провел пресс-конференцию, с которой "Информбюро" вело прямую трансляцию. Приводим ответы на наиболее интересные вопросы.

(Печатается в сокращении)

Андрей Евгеньевич, когда зародилась идея «Донецкой республики», при каких обстоятельствах, кто были Ваши первые сподвижники?

Первый сподвижник Донецкой республики был Артем (Федор Сергеев – ред.), на улице которого мы находимся. Он в 1917 году в Бахмуте (ныне Артемовске – ред.), самом большом городе Донбасса поднял флаг Донецкой республики, который вы сейчас видите у нас.

Артем объединил под этим знаменем всех «от семитов до антисемитов», которые хотели после 17-го года взять ответственность за регион на себя. Затем Донецкая республика расширилась и стала Донецко-Криворожской республикой с коммунистами во главе, и флаг был уже красный. Но Донецкая республика была, она существовала, и наш флаг – черно-сине-красный – это историческая данность.

Донецко-Криворожская республика была примером того, как строится государство не на этнической основе, а на основе экономического региона. Это основной спор Ленина и Артема: на какой основе строить государство. Артем был уверен, что государство нужно строить на основе экономического региона, а Ленин построил советское государство из национальных республик.

Но идея Артем жила, и первая попытка реанимации Донецкой республики была предпринята в 1994 году, 27 марта. Тогда был проведен референдум в Донецкой и Луганской областях о федерализации Украины (около 90% жителей высказалось «ЗА»). А в 2002 году сложились группы региональных патриотов, сложилась сетевая организация, которая в 2004 году сформировалась в организацию «Донецкая республика».

Подчеркну, что это была не вертикально интегрированная организация. Как и во времена Артема, в ней состояли левые, правые, центристы: в Макеевке были нацболы (национал-большивики Эдуарда Лимонова – ред.), в Артемовске были правые, а в Мариуполе одно время организацию возглавлял диакон.

А как же реагировали украинские власти на Вашу организацию?

Это не прошло мимо ушей украинского государства. Государство стало нас преследовать с 2005 года, как сепаратистов. Тогда считалось, что наше движение крайне вредно, как и любой другой регионализм.

Могу пояснить очень кратко о построении патриотизма, как говорится у нас и у них. Как построен идеальный патриотизм, например, в Германии, хотя и Россия сейчас к этому стремится. Рождается ребенок, его учат любить дом, двор, улицу, потом город, регион, а годам к двадцати его подводят к мысли, что он должен любить свою страну, в данном случае Германию. И, как взрослый человек, он делает это сознательно. Но если страна не заслужила его любви, то она и не получает этой любви.

В Украине был совершенно другой подход. Лет с пяти детям уже начинают объяснять отличия украинцев от русских, и изо дня в день вдалбливают мысль, что главное это не любить, улицу или город, регион, а нужно любить Украину. И к двадцати годам человек действительно любит Украину, но, опуская глаза вниз, он понимает, что живет на помойке. Ему становиться грустно и человек уезжает в Канаду и любит Украину оттуда.

Это построение патриотизму наоборот. А мы сторонники правильного патриотизма, когда люди любят свою улицу, свой города, свой регион.

Скажите, а как лично Вы пришли в движение «Донецкая республика»?

Я коренной дончанин, причем коренной по немцам: они жили здесь более двухсот лет. Я все время интересовался историей родного края. Ситуацию, когда до 85% налогов забирается в Киев, когда регион лишен всякой власти, я считал неноральной. При ней нет возможности развиваться региону. Наступает порочный круг, когда вы приходите к мэру и говорите о своих проблемах, а он вам отвечает, что Киев забирает все деньги. А обратишься в Киев, то услышишь ответ, что это ваши местные чиновники виноваты.

Деньги всей страны собираются в одном месте, в Киеве. В такой ситуации в разных регионах страны складываются стаи, которые воюют между собой за это доходное место. Одна стая сбрасывает другую и начинает делать то же самое. Все, как в притче о драконе, в которой новым драконом становится тот, кто убил старого.

Эта система оказалась нежизнеспособной, она разрушала государство и толкнула нас в глубокий популизм. У нас всегда правили популисты, а это, в свою очередь породило, массовые формалистические настроения, трудовую миграцию (40% трудоспособного населения сейчас находится за рубежом) и глубокий тупик. Само государственное устройство не позволяло регионам, в данном случае Донецком региону, развиваться. Из 17 миллионов русских сейчас осталось шесть с половиной. Что это апартеид, что это этноцид? Старше 60 лет людей, которые себя называют русскими, их в четыре раза больше, чем людей от 18 до 25. То есть у русских бабушек и дедушек украинские внуки. Это ситуация ненормальная. 

И у нас началось развиваться движение патриотов. Но эти патриоты стали преследоваться всей силой государственной машины: СБУ, МВД, уголовные дела, подписки о не выезде. Нас преследовали как при Ющенко, так и при Януковиче, причем при Януковиче, иногда даже жестче. В общем, государство нас восприняло, как врагов и начало нас уничтожать.

Как же центральные органы воспринимали Донбасс?

Ставничук и Рыбачук создали в Украине гражданское общество, создали через громандские рады по все стране. Если вы сейчас захотите узнать статистику всех наших громандских рад, то вы увидите срез нашего общества. Оказывается, что срез донецкого общества – это прямые гратоеды и реципиенты иностранных фондов и украинские националисты, больше во области никто не живет.

В этом море информации пребывает Сергей Тарута, мэры городов, главы милиции. Когда мы встречались с главами МВД, они нам сказали, что у вас люди стоят по сто рублей и когда у вас деньги закончатся, то они разойдутся. Вы можете понять, насколько эти руководители оторваны от реалий?

У нас создана олигархическая модель страны. И было решение Европы купить наших олигархов в июле 2013 года через получение IPO, через возможность получать на Западе длинные деньги. Первичное размещение – это полный отбел капитала. То есть обладатель денег – белый и пушистый и никогда не воровал и не убивал. Газпром, насколько я знаю, полгода получал такие условия, а украинские олигархи получили его за полтора месяца.

Когда я у немецких корреспондентов спросил, если вы купили наши элиту, значит и за народ несете ответственность, то я не получил ответа. Наша элита куплена. Ахметов только за год после IPO порядка шести миллиардов набрал кредитов. Элита была куплена, чтобы Европа вошла на наш рынок. Им все равно, что будет с населением, что будет с экономикой.

Расскажите, а кто будет платит деньги бюджетникам Донецкая народная республика или Киев?

Система распределения денег в Украине всегда была запутана. Никто никогда не ставил задания узнать, какая область сколько дает в бюджет и какая, сколько забирает. Наоборот, это задача был крайне усложнялась.

Из-за быстрого возвращение НДС у нас все юридические лица решили зарегистрироваться в Киеве. Получается, что Киев, в котором нет почти производства, давал в некоторые годы до 45% доходов страны. И Львовская область, где была таможня и где расстамаживались грузы, предназначенные для всей страны, оказалась донором украинского бюджета.

Мы посчитали, что Донецкая область за 2013 года отдала в Киев 13 миллиардов, а получали назад семь, с Донецком такая же картина – три с половину получили, а отдали семь. То есть это развенчивает миф о дотационности Донбасса.

Киев до сих пор платит зарплаты и пенсии. Это так. Но в противном случае ему будут обрезаны налоги, а налоги он получает в два раза больше, чем отдает дотациями в регион. Поэтому, когда Киев нам грозит экономическими санкциями или бойкотом, то нам не страшно. Закольцевать казначейство можно и можно быстро, и эта задача сейчас обдумывается, над ней работает группа специалистов.

Единственная проблема – это гривневая наличность. Вы придете в банкомат и увидите, что деньги у вас есть, но получить вы их не сможете, потому что нет бумажных денег. Возможны переговоры с Россией о вступлении в рублевую зону. Мы сами зарабатываем, нам нужно лишь средство обмена, а рубль – это серьезная региональная валюта.

Скажите, Андрей Евгеньевич, если буду введены международные санкции, как Донбасс будет зарабатывать?

Как это технически будет выглядеть?

Скажем, Донбассу запретят торговать металлом…

Экспортеры зарегистрированы в Киеве. Если запрет произойдет, кто пострадает? Они сами себя загнали в тупиковую ситуацию самим построений идиотических конструкций. В Украине регистрация предприятий идет по месту регистраций, у нас половина предприятий Донецкой области зарегистрирована в Киеве.

Вот угольная промышленность – это сложный вопрос. Это ведь электричество, которое дорогое, а уголь у нас не лучшего качества. Болезненный вопрос. К тому же, копанки, которые сбивают цены. Но в условиях социально-экономической катастрофы людям некуда деваться и они добывают этот уголь, который и некачественный и молодой. Такой уголь разными схемами доходит до тепло-электростанций и там сжигается. Копанки, по некоторым подсчетам, дают до миллиона тонн угля в год.

Мы сейчас думаем вопросом, как сделать наименее тяжелым процесс обретения политической и экономической независимости Донбасса.