В начале ноября состоялся визит в Польшу президента Грузии Георгия Маргвелашвили, где он встречался с президентом Анджеем Дудой, премьером Беатой Шидло и председателями Сейма и Сената.

Руководитель канцелярии президента Польши Кшиштоф Щерский так прокомментировал эти встречи: "Польша намерена стать посредником в урегулировании замороженных конфликтов в Восточной Европе и на Кавказе… и последовательно выступать за территориальную целостность Грузии, Молдавии и Украины".

Основной темой переговоров Георгия Маргвелашвили и Анджея Дуды были евроатлантические устремления грузинского руководства. В период, когда внутри Европейского союза усиливаются центробежные тенденции и наметился разброд, Варшава стремится сохранить интеграционный потенциал ЕС. Польские руководители считают это вопросом первостепенной важности, так как при всей сложности отношений между Варшавой и Брюсселем политику масштабного переформатирования Восточной Европы для достижения своего регионального лидерства Польша может реализовать только с опорой на структуры, фонды и идеологию Евросоюза.

Польский президент сказал об этом откровенно: "Если учесть, что ЕС уменьшается с выходом из его состава Великобритании, и что нет перспектив принятия в ЕС новых стран-членов, для меня это означает начало конца Евросоюза… Если граждане Великобритании решили, что их страна выходит из ЕС, если они встают и бросают вёсла, нам надо найти других гребцов, которые вместе с нами захотят продвигать европейскую лодку дальше".

Георгию Маргвелашвили идея поработать политическим гребцом на "польских галерах" понравилась. "Право на вступление в ЕС – наша цель… важно сохранить динамику этого процесса", – заявил он.

Грузия  нужна Варшаве ещё и как удобная площадка для проникновения на Кавказ. Такие попытки поляки предпринимали и во времена Российской империи, и в годы межвоенной Польши Юзефа Пилсудского. Нахождение у власти в Тбилиси прозападных политических сил облегчает эту задачу. Вот почему президенты Польши и Грузии стали ездить друг к другу очень часто (три встречи за последние полгода), а Дуда говорит о расширении проекта Троеморья на восток за счёт программы "Восточного партнёрства".

Троеморье предполагает сооружение антироссийского блока государств между Адриатикой, Балтикой и Чёрным морем с последующей переориентацией на Соединённые Штаты энергетической инфраструктуры этого региона. Восточное партнёрство – проект вовлечения в орбиту политического влияния Брюсселя шести постсоветских республик (Украины, Молдавии, Белоруссии, Армении, Грузии и Азербайджана), полукольцом охватывающих западные и юго-западные территории бывшего СССР. На западе страны-участницы программы граничат с европейскими странами-членами НАТО, на юге – с Турцией, тоже членом НАТО.

Польша была одним из инициаторов программы "Восточного партнёрства", надеясь получить через эту программу допуск к управлению политическими процессами в постсоветских республиках. На конференции в афинском представительстве Европейской комиссии 8 ноября польские дипломаты уговаривали представителей ЕС уделить больше "Восточному партнёрству" и подчёркивали геополитическое значение сопряжения восточного фланга программы с южным, кавказским.

Пытаясь втиснуться в качестве третьей переговорной стороны в конфликты между Молдавией и Приднестровьем, Азербайджаном и Арменией с Нагорным Карабахом, Украиной и республиками Донбасса, Грузией и Южной Осетией с Абхазией, Варшава надеется предотвратить нормализацию отношений между Москвой и правительствами официально не признанных постсоветских республик, а также запрограммировать на западных и южных рубежах евразийского сообщества возникновение новых конфликтов на старой почве.

Это служит в глазах Варшавы ещё и дополнительным оправданием наращивания натовской группировки войск у границ Российской Федерации: будут конфликты, будут и поводы подтягивать войска. Выступая на словах за мирное урегулирование постсоветских конфликтов, Польша больше других европейских стран заинтересована в их продолжении. А мир на восточном фланге НАТО грозит Польше уходом в тень более могущественных европейских союзников (Германия, Франция).

В то же время политика Польши не во всём согласуется с общеевропейской политикой Брюсселя. В этом кроется ответ на вопрос, почему программа "Восточного партнёрства" за десять лет своего существования принесла так мало результатов. Брюссель поддерживает программу, но не торопится её форсировать. А польская политика, требуя членства в Европейском союзе для стран-участниц "Восточного партнёрства", грозит перегрузить ЕС новыми членами, которые этот союз будет не в состоянии переварить ни политически, ни экономически.


http://fondsk.ru
14.11.2017